Год на Бали и стрелы

Второго января две тысячи тринадцатого года я тонул.

Мы с Наташей только-только прилетели на Бали. Собралась большая компания, человек тринадцать, и мы поехали на пляж Green Bowl.

Была половина четвёртого, время отлива. Семеро из нашей компании пошли купаться. Плавать умели все, и неплохо.

Я зашёл в воду позже остальных. Смотрю: ребята уже далеко от берега. И думаю: «Вот молодцы, как далеко заплыли».

Я ещё не знал, что они тонут.

Их затянуло в отбойное течение. Это как река внутри океана: она идёт от берега в открытое море, и идёт быстро, метра три в секунду. Против неё не выгребешь.

Скоро течение подхватило и меня. И унесло ещё дальше, чем остальных. Берег остался где-то в полукилометре.

Помню, как кончились силы. Помню, что понял: всё. И тогда я взмолился Богу. Эти слова я помню дословно:

— Господи, неужели моя миссия на земле уже закончилась?

А потом, совсем обессиленный, я начал просить прощения. У всех, кого вспоминал. Одного за другим.

И тут рядом со мной оказалось бамбуковое бревнышко. Может, обломок лодки или плота, кто теперь разберёт. Я за него ухватился.

Потом ко мне выплыл Шамиль, один из наших. Он был на пределе. Позже он написал, что мысленно уже прощался с жизнью и думал, что ему осталось минуты три. Мы вцепились в бревнышко вдвоём.

И впервые за всё это время смогли отдышаться. А когда отдышались, начали думать.

Рыбаки на лодках нас видели, но подойти не могли: волны разбили бы лодку. Выбираться нужно было самим.

Мы поплыли не к берегу, а в сторону, к волнорезу, туда, где разбивались большие волны. И волны вынесли нас на риф.

На берегу мы оказались часа через полтора-два после того, как зашли в воду. Остальные выплывали по одному ещё минут двадцать.

Спаслись все семеро.

Бревнышко Шамиль потом забрал с собой. А ещё он написал про тот день подробную статью. По ней я и сверил, как всё было: сам я тогда видел только воду.

Я не утонул. Я родился второй раз. И с тех пор второго января я отмечаю свой второй день рождения.

Если когда-нибудь попадёшь в такое течение, запомни одно: не плыви против него к берегу. Оно сильнее тебя. Плыви вдоль берега, в сторону, пока не выйдешь из потока.

Это был самый худший момент в моей жизни. Ничто с ним не сравнится.

Когда меня спрашивают про худшие моменты, я пытаюсь вспомнить что-то ещё: кризисы, потери, провалы. И понимаю, что всё это было тяжело, но не так. Там я не стоял на краю.

А вот одну вещь я понял совсем недавно, спустя тринадцать лет.

Я читал текст о том, что моя жизнь — это миссия, которую я ещё не закончил. И меня пробило. Я рыдал навзрыд, слёзы заливали очки. И сквозь слёзы я благодарил. Всех подряд: близких, далёких, родителей, друзей, партнёров.

А потом, уже умываясь, я вдруг заметил разницу. Тогда, в океане, я просил прощения. А сейчас благодарил. Тогда был страх смерти. А сейчас проснулась любовь.

Ответ на вопрос из океана я, кстати, получил. Миссия не закончилась. Раз ты держишь в руках эту книгу, она продолжается.

Но вернусь в 2013 год. На Бали мы прожили целый год.

У меня был пассивный доход, и я делал то, что хотел. А хотел я помогать Наташе.

В одной из комнат на вилле я устроил видеостудию. Сам поставил свет, камеру, микрофоны. Снимал видео, делал фотографии. Помогал Наташе с контентом, собирал с ней её курс по личностному росту.

Со стороны — рай. Тепло, океан, свобода, любимое дело, никакой беготни за деньгами.

Только отношения у нас были не очень гладкими.

Во мне иногда поднималось что-то старое. Какие-то давние обиды, тёмные стороны. Психологи называют это паттернами. Я тогда даже не понимал, откуда это берётся.

И вот что забавно. Рядом со мной жил коуч. Профессионал, который растил людей по системе уровней. Я видел своими глазами, как меняются её клиенты. Я сам помогал ей упаковывать эти знания.

А со мной её коучинг не работал.

Я ему не поддавался. Честно, мне, наверное, нужно было искать другого коуча, на стороне.

Выходит, лучший огранщик может жить с тобой под одной крышей, а огранки не будет.

Помнишь, в шестой главе я говорил, что в каждом из нас лежит шкатулка с алмазами? У настоящих алмазов бывают включения — тёмные точки глубоко внутри камня. Снаружи огранка уже может быть красивой, а внутри тёмное пятнышко никуда не делось.

Вот такие тёмные пятнышки во мне и сидели.

И однажды это прорвалось.

Я выпустил в Наташу свои стрелы. Это я сейчас так говорю, метафорически. Выразил какое-то недовольство, злость, что-то ещё. Что именно, уже не помню. Не помню и того, с чего всё началось.

И что Наташа сказала или сделала в ответ, я тоже точно не помню.

А вот ощущение помню до сих пор.

Мои стрелы летели в неё и тонули. Тонули в любви. И растворялись.

Наташа не стала отвечать тем же. Она не выстрелила в меня той же злостью. Она была мастером чайной церемонии. Часто пила чай одна, в тишине, наполняла себя любовью. И мои стрелы об эту любовь просто сломались.

Больно ей они не сделали.

Вот сейчас я это рассказываю, и у меня снова идут мурашки.

В тот момент со мной что-то произошло.

Я впервые почувствовал, что такое настоящая любовь. Не понял головой, а почувствовал всем сердцем. Любовь может растворить злость. Может растворить обиду, раздражение, даже ненависть. Стрелы нелюбви в ней просто исчезают.

И во мне самом что-то проснулось. Как будто старые обиды, та самая тёмная сторона, которую я в себе даже не замечал, начали заживать. Как будто мне сделали операцию на душе.

После этого я стал по-другому относиться к Наташе. Стал мягче. Стал внимательнее.

Смотри, что получилось в тот год.

Второго января я тонул в океане, и меня вынесло на риф.

А потом утонули мои стрелы. Утонули в любви.

И второе спасение оказалось не меньше первого. В первый раз я остался жить. Во второй — узнал, что такое любовь.

Вот что я тогда понял: злость не победить злостью. На стрелу можно ответить стрелой, и тогда война. А можно ответить любовью, и тогда стрела растворяется.

Ты скажешь: при чём тут сетевой маркетинг?

При том, что стрелы в нашем бизнесе летают каждый день.

Ты позвонил знакомому, а он тебе: «Опять ты со своей пирамидой». Партнёр сорвал встречу и нагрубил в чате. Кто-то из команды ушёл и рассказывает всем, какой ты плохой спонсор. И рука сама тянется к колчану.

А теперь честно. Сколько стрел выпускаешь ты сам? В партнёров, которые «ничего не делают». В новичков, которые «опять не поняли». В спонсора, который «ничему не научил».

Я и сам когда-то был строгим лидером, люди меня боялись. Сколько стрел я тогда выпустил, не сосчитать.

А команда не растёт вокруг человека, от которого летят стрелы. Она растёт вокруг человека, в котором стрелы растворяются.

Об одном я думаю до сих пор.

Наташа не проводила со мной сессию. Не давала заданий. Не объясняла, как надо. Её коучинг на меня не действовал, я сам в этом признался.

Она просто не выстрелила в ответ.

А вот что сделать с этим дальше, решал уже я. Можно было выпустить новую стрелу. Можно было обидеться и замолчать. А можно было открыться и почувствовать.

Тогда я этого не понимал. Но через много лет эта история встала на своё место.

Тот год на Бали оказался последним годом лёгкости.

Дальше пришёл 2014-й. И за несколько месяцев я почти полностью потерял свой бизнес.