Пробный тренинг

Утром я пришёл в офис проводить занятие. Обычный день, люди собрались.

Я вошёл, и на меня уставились. Смотрят выпученными глазами и молчат. Потом кто-то всё-таки решился:

— А что у тебя с лицом?

Чтобы ты понял, чего стоил этот вопрос, напомню, каким я тогда был. Строгий начальник, жёсткий, требовательный, грубоватый. Деспот. Люди меня боялись. И вот эти люди набрались духу и спросили меня про лицо. До сих пор удивляюсь, как они не побоялись.

А с лицом и правда кое-что случилось. Накануне.

Шёл 1994 год. У меня уже был свой офис в Neways, своя команда, и я сам проводил презентации и обучение.

Помнишь студентку педагогического института? Ей надо было сдать зачёт: провести тренинг. А для тренинга нужны люди. Подопытные кролики. Одним из этих кроликов оказался я. Как именно я туда попал, кто меня позвал, уже не помню. Столько лет прошло.

Тогда в России про тренинги личностного роста почти никто не слышал. Я и слов-то таких не знал. Что меня там ждёт, не представлял.

Два часа. Задания, игры. Мы разбивались на пары, потом на тройки, на четвёрки и что-то друг другу проговаривали. Ничего сложного. Сами упражнения у меня из памяти стёрлись. Зато осталось то, что было после.

И никакой сцены. Не надо было выходить перед залом и выступать. Для человека, который в школе прятался за спинами одноклассников, это было главное. Сначала говоришь с одним человеком, потом с двумя, потом с тремя. Почти как в тех кружочках, которые мне когда-то нарисовали в стоматологической поликлинике.

Где-то в эти два часа со мной что-то произошло. Объяснить, что именно, я тогда не мог. Были какие-то осознания, какой-то прорыв. А мышцы лица расслабились прямо там, на тренинге. Зажимы, которые я носил, наверное, с самого детства, взяли и отпустили.

Я пришёл домой, лёг спать. Утром поехал в офис.

Заметили другие. Лицо стало мягче. Добрее. С него как будто сняли маску, которую я сам ни разу не видел.

В тот день у меня было обучение для партнёров по маркетингу. И вести его было легче. Слова я говорил те же самые, новых выучить не успел.

Давай посмотрим на это трезво. За два часа мне не сказали ни слова про бизнес. Ни про маркетинг-план, ни про продукт, ни про то, как приглашать и где брать людей. Ни одного скрипта. Пары, тройки, простые упражнения. А на следующее утро люди, которые меня боялись, увидели другого человека. И работать мне стало легче.

Как так? Тогда я ответить не мог. Меня просто зацепило.

Вот что я тогда понял: люди видят тебя раньше, чем слышат.

Ты можешь выучить правильные слова. Можешь рассказывать про прекрасный продукт и щедрый маркетинг-план. Но первым делом человек читает твоё лицо. И если там зажим, страх или строгость начальника, которого все боятся, дальше можно особо не стараться. Мои партнёры долго смотрели на это лицо и молчали. Сказали только тогда, когда увидели другое.

Если ты сейчас подумал: «У меня нормальное лицо, это не про меня», — я тоже так думал. Про свою строгость я знал. А что она написана у меня на лице раньше любых слов, мне в голову не приходило. Пока мне не показали разницу.

Помнишь алмаз из первой главы? Необработанный, с виду мутный камешек. В тот день с него впервые сняли кусочек корки. Совсем немного, в одном месте, как маленькое окошко. До огранки было ещё очень далеко. Но через это окошко люди в моём офисе увидели свет. И увидели раньше, чем я сам.

Я потом не раз вспоминал ту студентку. Она сама ещё училась. Проводила, может быть, первый тренинг в своей жизни, да ещё на кроликах. Вряд ли это был великий тренер. Сдала свой зачёт и ушла из моей жизни. Я даже имени её не помню.

А лицо поменялось у меня.

С того дня я полюбил тренинги.

Команда росла. Объявления работали, телефон звонил так, что к вечеру у меня садился голос. Людей становилось всё больше.

А чек встал. Тысяча долларов в месяц, и ни с места. Я не понимал почему.

Тогда я и услышал про LifeSpring. Четыре дня, с утра до вечера. Триста пятьдесят долларов. По тем временам огромные деньги, и у меня их не было.

Я вспомнил своё лицо после двух часов со студенткой. И подумал: а что со мной будет после четырёх дней?