Первое предназначение

«Ну хорошо, теорию мы разобрали. Теперь практика. Выходите на сцену».

Весь зал поднялся и пошёл к сцене. А я пошёл к выходу.

Вышел на улицу и простоял там около получаса. В зал вернулся, когда всё уже закончилось.

Помнишь, в Академии я выскакивал на сцену первым, и тренерам приходилось кричать «Полухин, сидеть!»? Здесь тоже была сцена. Но в тот день я выскочил на улицу.

Надо рассказать, от кого я тогда сбежал.

Его зовут Марик Хазин. Тренер личностного роста, один из величайших, кого я встречал. Потом я ходил к нему на тренинги около пятнадцати лет. Но попал я к нему очень непросто.

Я жил в Питере, а Марик проводил тренинги в Москве. Он был корпоративным тренером в нашей компании, и мои партнёры, в основном женщины, ездили к нему. Возвращались и взахлёб рассказывали, что с ними там произошло. И каждый раз одно и то же: как они его любят.

Я смотрел на его фотографию и не понимал. Лысый, с большим носом, маленького роста. И что они в нём нашли? Почему все в него влюблены?

Меня это раздражало. Честно, прямо триггерило.

А под раздражением сидел страх. Я боялся попасть к нему на тренинг. Думал: а вдруг я тоже влюблюсь? Не дай бог. Представь: строгий лидер, и вдруг ходит и рассказывает всем, что влюблён в Марика. Ужас.

Потом у компании было выездное мероприятие, кажется, в Греции. И там Марик вёл небольшой тренинг, часа на полтора. Назывался он «Контактные танцы».

Минут двадцать-тридцать он объяснял теорию. Это я выдержал, сидел в зале, слушал. А потом он сказал: выходите на сцену.

Я так испугался. Вот оно, началось. Сейчас это случится и со мной.

И я вышел на улицу.

Когда я вернулся, у людей в зале были такие лица... Эйфория. Все возбуждённые, счастливые. И все опять признавались Марику в любви.

А я радовался. Пронесло. Я этого избежал.

Прошло какое-то время. Я снова в Питере и вижу объявление: компания приглашает в Москву на тренинг «Искусство коммуникаций». Ведёт Марик Хазин.

И мои лидеры, мои дистрибьюторы начинают один за другим говорить мне: мы едем. Мы едем в Москву, на Марика.

И тут меня накрыло.

Мои лидеры едут. А я?

Лидер должен вести свою команду. Быть впереди, даже когда ему очень страшно. Если команда едет, а лидер сидит дома, это плохой знак. Прежде всего для самого лидера.

Бояться я не перестал. Но я принял решение: еду наперекор своему страху.

Боюсь, но еду.

Москва. Большой зал, человек двести, может, триста.

Марик коротко рассказал, что нас ждёт, и сказал:

— Ну что, не будем долго разводить теорию. Давайте сделаем небольшое упражнение.

Я не ушёл. Я приехал пройти этот тренинг до конца.

Мы разбились на пары. Что именно мы делали, пересказывать не буду: в пересказе это просто упражнение. А внутри было совсем другое.

Я его сделал. И я не умер.

Я был живой. И больше того: я получил такое чувствование, какого у меня никогда не было. Даже сейчас, когда я это пишу, у меня бегут мурашки.

В ту минуту я понял, какая мощь в этом человеке. Какая сила, какая любовь, какой профессионализм. Лысый, с большим носом, маленького роста. И такая сила.

Это был переворот сознания. Точка невозврата.

И внутри я сказал себе то, чего боялся больше всего:

«Марик, я тебя люблю».

Все мои страхи сбылись. Я влюбился в Марика, как и все. Только оказалось, что бояться было нечего.

В конце тренинга Марик объявил, что через пару дней в Подмосковье проведёт ещё один тренинг. Три дня с проживанием. Название — три слова: «Время, видение, предназначение».

И меня как ударило. Я к тому времени прошёл кучу тренингов у Марка и Софьи. Шкатулку открыл, имя получил. А своего предназначения не знал. Вопрос «зачем?», с которым закончилась прошлая глава, так и висел без ответа.

Я подошёл к Марику и спросил:

— Марик, как ты считаешь, мне нужно пойти на этот тренинг?

Хотя ответ уже был у меня внутри. Я просто хотел, чтобы кто-то его подтвердил. Сомневался ещё.

Ну а что мог ответить Марик? Он меня на тренинге видел.

— Конечно. Тебе обязательно нужно там быть.

Через два дня я был в Подмосковье.

Там мы делали две вещи. Сначала писали видение: описание одного своего дня через пять лет, подробно, будто снимаешь про себя фильм. А потом выводили предназначение, одну фразу о том, зачем ты живёшь и что делаешь для людей.

Три дня погружения. И вторая часть переворота, уже всей жизни.

Потому что на выходе у меня была фраза:

«Я личностно расту и помогаю другим людям личностно расти, используя сетевой маркетинг».

Посмотри, как она устроена.

«Я личностно расту». Сначала я. Не команда, не партнёры, не компания. Это я понял ещё после LifeSpring: твой чек — зеркало тебя. Пока не вырасту я, мой чек тоже не вырастет.

«И помогаю другим людям личностно расти». А ведь я это давно делал. Тридцать человек пошли со мной на LifeSpring. Марк и Софья провели тренинг для моей команды. В Москву на Марика команда ехала раньше меня. Я просто не понимал, что это и есть моё.

«Используя сетевой маркетинг». Вот здесь у меня щёлкнуло. Сетевой маркетинг стоит в конце фразы. Он не цель, он инструмент. Способ, которым я расту и помогаю расти другим.

До того я думал наоборот: главное бизнес, а тренинги ему помогают. А фраза всё развернула.

И это опять про алмаз. Сначала огранка себя, потом свет для других. Если только гранить себя, получится красивый камень в сейфе. А если светить другим, не огранив себя, светить будет нечем.

Спустя годы я заметил в этой истории одну вещь.

Марик дал технологию. Марик сказал «конечно, иди». Но ответ был у меня внутри ещё до того, как я подошёл к нему с вопросом. И фразу я не получил, я её вывел. Она лежала во мне, как камни в той шкатулке. Тренинг помог её достать.

А ещё я понял, где эта фраза меня ждала. Сразу за той дверью, из которой я когда-то вышел на улицу.

Вот что я тогда понял: то, от чего ты бежишь, часто и есть дверь к следующему шагу. Страх не значит «не ходи». Иногда он значит «тебе туда».

Я ведь не перестал бояться. Я просто поехал вместе со страхом. И нашёл за ним своё «зачем».

А когда есть «зачем», тренинги перестают быть коллекцией. Я прошёл больше ста. Без этой фразы это была бы полка с дипломами. С ней это стал путь.

На «Время, видение, предназначение» я потом ходил ещё дважды.

В третий раз я пришёл туда не один. Со мной была Наташа. И там случилось то, во что до сих пор трудно поверить.

Но сначала надо рассказать, кто такая Наташа и что она мне показала.